и пытливый ум Виктора вывел их «предприятие» на новый уровень. Напёрстки были заброшены как отживший элемент. На смену им пришли телевизоры, и теперь уже азартных и алчных лохов разводили более изощрённым методом. Естественно, в разы выросли и доходы. Теперь наши лохотронщики (это сейчас мы знаем, что они лохотронщики, а тогда они официально назывались «приносящими удачу и быстрое счастье») не мерзли на ветреных рынках, а сидели в тёплых помещениях, арендованных на многочисленных вокзалах столицы. Да что там столицы — они мгновенно распространились, как плесень, по всей необъятной стране.
Но всё равно, когда в очередной раз их гоп-компания разводила не в меру азартных граждан, Виолетте было жалко их.
Однажды ей пришлось рядиться с толстой дамой, приехавшей в Москву из далёкой провинциальной глубинки. Женщина была с немалой суммой денег, скопленных, видимо, не за один месяц, а возможно, и год непосильного труда, чтобы прикупить в столице кое-чего для своих детишек и ненаглядного муженька. Ну, а тут от вынужденной остановки решила сыграть — всё ж «государственная» лотерея. И тут попёрло. Неожиданно ей привалила большая сумма денег. И нет бы остановиться и уйти покупать подарки домочадцам. Ага, как же! Забыв про осторожность и разум, женщина ринулась в бой, точнее, в игру с симпатичной молоденькой женщиной, которая к тому времени проиграла ей уже приличную сумму и со слезами на глазах пыталась яростно отыграться, непрерывно докладывая и докладывая очередную сумму денег под улюлюканья и подбадривания случайных прохожих.
И вот на кону огромная сумма, которая так манит, завораживает и щемит дух. Но, чтобы её выиграть, к ней нужно приложить такую же огромную сумму, а именно столько, сколько имелось в данный момент на руках у женщины. Риск был большой, но и шансы выиграть — тоже, поскольку женщина опережала свою соперницу по многим показателям. И она рискнула, выложив все деньги на кон. Итог для неё был ужасающим: она с треском проиграла на последней секунде. Лошадь соперницы буквально на последнем дыхании обошла её лошадь и на полкорпуса пришла к финишу первой. И всё было «по-честному», «без обмана», так как это признали многочисленные зеваки, присутствующие рядом. А симпатичная женщина, которой обломился огромный выигрышный куш, с сияющим от радости лицом получила от организаторов «счастья» все выигранные деньги и поздравления. Она долго благодарила организаторов «справедливой» игры, а затем ушла восвояси, вся светясь и подпрыгивая, на зависть столпившимся зевакам, которые тоже задумались: а не сыграть ли и им в счастливую и надёжную лотерею?
Полная женщина, которая в один момент лишилась всех своих многомесячных сбережений, медленно опустилась на грязный пол. Больно ударившись плечом, она разревелась на весь привокзальный зал, яростно стуча кулаком по полу. Кто только не успокаивал её, даже милиционер, явившийся на крик. Он поднял с пола растрёпанную, несчастную женщину и усадил на ближнюю скамейку, затем подошёл к организаторам счастливой игры и, что-то получив от них, довольный, удалился прочь, продолжая нести нелёгкую службу.
Послонявшись по вокзалу, что было одним из пунктов инструкции, Виолетта направилась к очередному островку счастья играть роль добродушного и привлекательного товарища по игре. Не доходя несколько метров до очередного лохотрона, Виолетта свернула в туалет. Уже собираясь выйти из кабинки, она вдруг услышала за перегородкой знакомый голос, точнее, надрывный шёпот:
— Он убьёт меня! Он убьёт меня! Он убьёт меня! Прощай, мамочка, прощай.
Затем шёпот перешёл в тягучее хрипение. Не теряя ни секунды, Виолетта, сорвав шпингалет дверцы, ворвалась в кабинку. Толстая женщина сидела на унитазе, натянув верёвку от шеи до сливного бачка.
Виолетта быстро высвободила несчастную из петли и выволокла из туалетной кабинки. Женщина прокашлялась и взглянула на Виолетту. Боже, что это были за глаза! Виолетта содрогнулась. На неё смотрела сама отрешённость от человеческой жизни, внутренняя боль которой распространялась далеко-далеко. Мгновенно эта боль передалась и ей, пока ещё не утратившей чувство сострадания. Её мгновенно поразила мысль: «А ведь это я сейчас чуть не убила её! Кто дал мне такое право — губить человеческие жизни? Как я могла скатиться до такого?! Я, утончённая, высокообразованная и интеллигентная женщина, вляпалась в такую грязь, мерзость и скотство только из-за того, что испугалась ударов судьбы, обрушившихся на меня с гибелью мужа. Нет, с этим надо кончать. И сегодня же, иначе сама стану в ближайшее же время такой же мерзостью и скотством, как окружающие меня подонки».
Виолетта почувствовала, как её грудь прожигают эти грязные, мерзкие и кровавые деньги. Она резко вытащила большую пачку денег, «честно» выигранных у толстой женщины, и вложила их ей в руки.
— Вот, возьмите обратно свои деньги, но только не убивайте себя.
Женщина медленно склонила голову и долго смотрела на пачку денег, соображая. Затем, спохватившись, начала быстро засовывать всю пачку в свой необъятный лифчик. Спрятав деньги, женщина, сидя на полу, обхватила ноги Виолетты руками и начала целовать их. Вокруг них собрались женщины, не понимающие, что происходит. Чудом вернувшиеся деньги произвели повторный стресс, и толстая женщина, не выдержав этого, упала в обморок. Ей вызвали «скорую».
При выходе из женского туалета на Виолетту набросился взбешённый подельник, которому уже донесли о случившемся.
— Где деньги?! — взревел он, тряся её за ворот блузки. — Мои деньги!!!
— Это не твои деньги, ублюдок!!! Я их все отдала.
И Виолетта, чтобы освободиться из объятий Виктора, поддала ему коленкой в пах. Тот резко согнулся и, застонав, выпустил из рук разъярённую женщину.
Догнав свою подельницу в небольшом проходе, где не было людей, Виктор сбил её с ног и, нанося удары по телу, стал приговаривать:
— Ах ты, дрянь такая, сволочь, тварь. Выходит, ты кроме её денег отдала и мои сверху?! А чем я буду расплачиваться с рэкетом, тварь такая?! Ты подумала об этом, скотина?!
И бывший сотоварищ «по бесплатному счастью» стал ещё сильнее избивать женщину.
Неожиданно он стремительно отлетел в сторону, ударившись о стенку коридора, и медленно сполз на пол, потеряв на несколько секунд сознание. К избитой в кровь Виолетте подошёл немолодой мужчина крепкого сложения и, нагнувшись, взял её на руки.
— Успокойтесь, вам сейчас окажут помощь, а этого зверюгу закопают.
И мужчина бережно передал с рук на руки избитую женщину своему то ли другу, то ли охраннику. Затем он подошёл к очухавшемуся Витьку и, нагнувшись, зло произнёс:
— А ты, гадёныш, чтобы сегодня же к вечеру принёс мне эту сумму, — и, пнув его в зад, добавил: — Причём вдвойне. Это чтобы ты, урод, как следует проводил воспитательную работу среди своих подчинённых.
